Ваш вопрос

Ответ Настоятеля

Факты и Аргументы

Дача в Силламяги
Николай Никанорович Дубовской
(1859-1918)

Одним из известных прихожан Силламяэской церкви был Николай Никанорович Дубовской(1859-1918). Силламяэ был излюбленным местом отдыха ученых, художников, артистов, музыкантов.
Николай Никанорович Дубовской — крупный русский живописец отечественной пейзажной школы рубежа ХIХ и ХХ веков, видный общественный деятель, член и впоследствии один из руководителей Товарищества передвижников ...


(статья полностью)
 

Гностицизм

Я прочитала, что самая ужасная ересь, ересь всех ересей, это гностицизм. С самого начала существования Церкви он был врагом номер один христианства. И сегодня он губит многих. И ещё заявит о себе на последнем этапе истории. Не могли бы Вы рассказать об этом явлении?
 А.Н.Злобина, г.Минск
 

Гностицизм переживал расцвет в первые века нашей эры. Он был смертельным врагом христианства, несмотря на то, что или, вернее, оттого что большая часть гностических систем утверждалась на христианских основах. Долгое время даже бытовало мнение, что гностицизм — всецело явление христианской ереси. Церковь всегда питала отвращение к феномену гностицизма. Писания святых отцов убедительно свидетельствуют об этом. В этом противостоянии термин «гнозис» — «знание» — был антиподом «пистис» — «вера», указывающая на отношение к тайне христианского откровения. Гностик практически стал противоположностью верующего
.. (далее).

 


 

 
 
 
 
Главная О храме Адрес Расписания
Собор новомучеников О слепом Борис и Глеб Царевич Димитрий

 

ЭСТОНСКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ МОСКОВСКОГО  ПАТРИАРХАТА

Главная
Вернуться

Поиски храма в Силламяэ

Ретроспектива исследований
Скачать (6Mb)


Читайте о памятнике православному храму в Силламяэ


Храм в Силламяэ отмечен Президентом Эстонии
 



Из Преображенского храма в Преображенский


Синай и
его святыни

 
Силламяэ-55
 

 

...И всё-таки никакая другая Литургия не может встать вровень с той, что происходит ночью на Гробе Господнем в Иерусалимском храме Воскресения...
подробнее

 

Последние изменения
25 October 2018 г.
 

 

 

 

 

                  

 

 

 

Собор новомучеников


5 мая

Собор новомучеников в Бутове пострадавших.
 

В 4-ю субботу по Пасхе Русская Православная Церковь отмечает День памяти Собора новомучеников, в Бутове пострадавших.

Это переходящее празднование было внесено в месяцеслов Русской Православной Церкви по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II 3 сентября 2003 года.

 

Бутовский полигон в настоящее время находится в черте Москвы, это место массовых захоронений жертв репрессий 30-х – начале 50-х годов XX века.

В настоящее время известны около тысячи человек, расстрелянных на Бутовском полигоне за исповедание православной веры, к лету 2003 года 255 из них канонизированы Русской Православной Церковью.

На территории России нет другого места, где почивали бы мощи такого многочисленного Собора святых.

Бутовский полигон находится на земле бывшей усадьбы Дрожжино, известной с XVI века. После Октябрьской революции имение и конный завод при нём были конфискованы в пользу государства, завод поставлял лошадей внутренним войскам.

 

До середины 30-х годов в Бутове размещалась сельскохозяйственная колония ОГПУ.

В 1934 году почти все были выселены из этих мест, в конце 1935 – начале 1936 года на территории бывшего имения Зиминых оборудовали стрелковый полигон «Бутово», где сразу же начали проводиться расстрелы и захоронения репрессированных лиц. С августа 1937 по октябрь 1938 года здесь были расстреляны и похоронены 20765 человек.

Массовые расстрелы 1937-1938 годов стали следствием решений Политбюро ВКП(б) от 2 июля 1937 года и вытекавших из них приказов наркома внутренних дел Н.И. Ежова о борьбе с «врагами народа», в т. ч. с «церковниками».

 

Расстрелы на Бутовском полигоне производились по постановлениям внесудебных органов: «тройки» Московского УНКВД, реже – комиссии, состоявшей из наркома внутренних дел и прокурора СССР – «двойки». Предписания на расстрелы подписывал начальник УНКВД Московской обл. (в разное время – комиссары госбезопасности С.Ф. Реденс, Л.М. Заковский, В.Е. Цесарский). Приведением в исполнение приговоров руководили комендант и начальник административно-хозяйственного отдела УНКВД по Московской облатси И.Д. Берг и его заместитель и одновременно руководитель Управления рабоче-крестьянской милиции М.И. Семёнов.

 

На Бутовский полигон осужденных доставляли из московских тюрем: Таганской, Сретенской, Бутырской, а также из районных тюрем Московской области и из Дмитлага – огромного лагерного объединения, предназначенного для строительства канала Москва-Волга (узниками этого лагеря были также сооружены стадион «Динамо», Южный и Севеврный (Химкинский) порты Москвы, жилые комплексы и многое др.).

 

После прибытия на Бутовский полигон осуждённых заводили в барак якобы для санобработки. Непосредственно перед расстрелом объявляли приговор, сверяли данные и наличие фотографии. Случалось, что казнь откладывали из-за каких-либо разночтений в документах, а иногда (в единичных случаях) даже отменяли. Приведение приговора в исполнение осуществляла одна из «расстрельных команд» – группа из 3-4 офицеров спецотряда, как правило, людей со стажем, служивших в органах ОГПУ-НКВД со времён гражданской войны, имевших правительственные награды. В дни особо массовых расстрелов число исполнителей, очевидно, увеличивалось.

 

На казнь из барака выводили по одному, каждый палач вёл свою жертву к краю рва, стрелял в затылок с расстояния не более метра и сбрасывал тело в траншею. Далеко не всегда при этом присутствовали врач и прокурор.

Первое время расстрелянных хоронили в небольших ямах-могильниках, которые копали вручную. С августа 1937 года, когда казни в Бутове приняли невиданные в мировой истории масштабы, экскаваторы карьерного типа выкапывали для этих целей траншеи шириной и глубиной в 3 м, длиной от 150 м.

 

За день в Бутове редко расстреливали менее 100 человек, бывали дни (как, например, 28 февраля 1938 года), когда казнили более 500 человек. Иногда, очевидно, приговоренных расстреливали в московских тюрьмах, а на Бутовский полигон привозили только для захоронения.

Большую часть расстрелянных на Бутовском полигоне составляют крестьяне и рабочие Москвы и Подмосковья, которых зачастую арестовывали и казнили семьями, включая подростков и стариков. Подавляющее число жертв были беспартийными, т. е. далекими от политики людьми, имевшими низшее образование или неграмотными.

Примерно четверть от общего числа казненных на Бутовском полигоне – уголовники, подавляющее число их было расстреляно за прошлые судимости, по которым прежде они уже отбыли срок наказания.

 

Под категории «социально опасных» и «социально вредных элементов», осужденных и расстрелянных на Бутовском полигоне, подпадали самые разные люди: родственники ранее осужденных, бывшие царские министры, нищие, уличные торговцы, гадалки, картежники.

В январе 1938 года с санкции властей началась тайная расправа над инвалидами: в феврале-марте того же года было расстреляно 1160 инвалидов.

 

Большинство казнённых на Бутовском полигоне были русскими (более 60%), затем следуют латыши, поляки, евреи, украинцы, немцы, белорусы, – всего свыше 60 национальностей, в т. ч. граждане других государств.

 

 

В числе похороненных на Бутовском полигоне – люди, оставившие след в русской истории: председатель 2-й Государственной Думы Ф.А. Головин, бывший московский генерал-губернатор В.Ф. Джунковский, один из первых русских лётчиков Н.Н. Данилевский, член экспедиции О.Ю. Шмидта бортмеханик Я.В. Брезин, правнук М.И. Кутузова профессор церковного пения и композитор М.Н. Хитрово-Крамской, художник А.Д. Древин, спортсмены, заложившие основы советского альпинизма.

 

В земле Бутова лежат представители русских дворянских родов: Ростопчиных, Тучковых, Гагариных, Шаховских, Оболенских, Олсуфьевых, Бибиковых, большая группа бывших царских генералов (генерал-лейтенант Е.И. Мартынов, генерал-майор М.Ф. Кригер, обладатель 7 воинских боевых наград генерал Б.И. Столбин и др.).

На Бутовском полигоне были замучены 739 священнослужителей Русской Православной Церкви: 1 митрополит, 2 архиепископа, 4 епископа, 15 архимандритов, 118 протоиереев, 14 игуменов, 52 иеромонаха, 363 священника, 60 диаконов (в т. ч. 4 протодиакона и 1 архидиакон), 10 монахов, 58 монахинь (в т. ч. 3 схимонахини), 14 послушников и послушниц, 8 священнослужителей (без уточнения сана).

 

За веру на Бутовском полигоне были расстреляны 219 мирян (псаломщики, чтецы, регенты, певчие, церковные старосты, иконописцы, члены церковных советов, уборщицы храмов, церковные сторожа).

 

В числе казнённых в Бутове «церковников» – 59 старообрядцев, 9 обновленцев, более 60 баптистов, хлысты, «антивоенники», евангелисты, сектанты (без уточнения, к какой именно секте принадлежали; иногда следователи так называли представителей «катакомбной» церкви или истинно-православных христиан), а также 4 муллы и 1 раввин.

Первыми православными священнослужителями, расстрелянными на Бутовском полигоне, были священномученики протоиереи Алексий Воробьёв, Алексий Касимов и сщмч. диакон Елисей Штольдер († 20 авг. 1937).

Больше всего священнослужителей пострадало в сентябре-декабре 1937 года и в феврале-марте 1938 года (17 февраля 1938 года было расстреляно 502 человек, 75 из них священнослужители и монахи).

 

Почти всем, проходившим по церковным делам, предъявлялось обвинение по 58-й статье УК РСФСР. Поводы для обвинения могли быть разные: «сохранение церкви и насаждение тайного монашества», «богослужения на дому», «недоносительство», «помощь ссыльному духовенству», приют бездомных священнослужителей или, напр., такое абсурдное обвинение: «клеветал, что церкви закрываются, священники арестовываются».

 

Большинство подследственных, замученных или обманутых следователями, в конце концов признавали себя полностью или частично виновными в «антисоветской агитации», «контрреволюционной деятельности», но в вопросах веры церковный народ показал себя неустрашимым. Ни пытки, ни угрозы смерти не могли заставить верующих отречься от Бога, возвести хулу на Церковь. Не редкостью является «отсутствие в деле скомпрометированных лиц», то есть отсутствие новых имен, необходимых следователям для новых арестов.

 

С середины Великой Отечественной войны в Бутове располагался лагерь для военнопленных, работавших на строительстве Симферопольского шоссе и на кирпичном заводе. В 1949 – начале 1950 года вблизи полигона был выстроен поселок из 3 домов, в двух из которых поселились сотрудники НКВД, в третьем расположилась спецшкола для офицеров внутренних служб стран Восточной Европы.

В середине 50-х годов «спецзона» была ликвидирована. Сам полигон, где находилась основная часть захоронений, обнесли глухим деревянным забором с натянутой поверх него колючей проволокой. По краям «зоны» возник дачный поселок НКВД, в котором разрешалось строить только лёгкие одноэтажные дачи без фундаментов и погребов.

 

В начале 70-х годов в восточной части Бутовского полигона разбили яблоневый сад, обновили обветшавший забор вокруг.

До 1995 года территория находилась в ведении ФСК-ФСБ и тщательно охранялась.

 

Начиная с 1992 года московская общественная группа по увековечению жертв политических репрессий (группа М.Б. Миндлина) с помощью сотрудников ФСК-ФСБ приступила к работе со следственными делами расстрелянных на Бутовском полигоне, составлялись краткие биографические сведения для будущей «Книги памяти».

 

Весной 1993 года полигон впервые посетили родственники погибших, осенью того же года в его южной части была установлена гранитная мемориальная плита.

 

С 1997 года на Бутовск полигон ведутся комплексные работы с целью определения местоположения погребальных рвов, проводятся историко-археологические, геоботанические, геоморфологические исследования. В 1997 г. был вскрыт один из погребальных рвов: на площади в 12 кв. м обнаружили захоронения в 5 слоев, где погребены останки 149 чел. В 2001-2002 гг. специалисты выявили и нанесли на карту 13 погребальных рвов.

Весной 1994 года на Бутовском полигоне был установлен Большой Поклонный крест (освящён 8 мая 1994), сооруженный по проекту скульптора Д.М. Шаховского, чей отец, священник Михаил Шик, был расстрелян в Бутове.

25 июня 1995 года в Бутове в походном палаточном храме Всех Святых, в земле Российской просиявших, Православного Свято-Тихоновского Богословского института была отслужена первая литургия, которую возглавил ректор института протоиерей Владимир Воробьёв.

 

Начиная с 1994 года горячее участие в деле увековечения памяти пострадавших в Бутове принимала внучка расстрелянного здесь сщмч. Серафима (Чичагова) игумения Серафима (Чёрная) .

В 1995 году Бутовский полигон передали Московской Патриархии. По проекту Шаховского был воздвигнут деревянный храм во имя Новомучеников и исповедников Российских (освящён в 1996 году), настоятелем которого стал внук расстрелянного здесь сщмч. протоиерея Владимира Амбарцумова священник Кирилл Каледа .

 

27 мая 2000 года на Бутовском полигоне состоялось грандиозное богослужение под открытым небом, которое возглавил Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. Были совершены Божественная литургия и панихида по убиенным – последняя перед их прославлением на Архиерейском Юбилейном Соборе Русской Православной Церкви 2000 года.

На Юбилейном Соборе были канонизированы 120 человек, расстрелянных на Бутовском полигоне, за последующие годы число канонизированных Бутовских новомучеников удвоилось.

 

Собор Бутовских новомучеников возглавляют 6 архиереев: Ленинградский и Гдовский митрополит сщмч. Серафим (Чичагов), Можайский архиепископ сщмч. Димитрий (Добросердов), Владимирский и Суздальский архиепископ сщмч. Николай (Добронравов), Бежецкий епископ сщмч. Аркадий (Остальский), Нижнетагильский епископ сщмч. Никита (Делекторский), Велижский епископ сщмч. Иона (Лазарев).

 

 

 

На Бутовском полигон было казнено много почитаемых иереев-священномучеников: братья Агафонниковы – Александр, Василий и Николай, Владимир Амбарцумов, Владимир Медведюк, Зосима Трубачёв, Иоанн Артоболевский, Сергий Лебедев, Сергий Махаев, Петр Петриков и многие другие.

Празднование Собору новомучеников, в Бутове пострадавших, установлено в 4-ю субботу после Пасхи. Над погребальными бутовскими рвами ежегодно совершается торжественное богослужение, возглавляемое Святейшим Патриархом, в котором принимают участие десятки архиереев и сотни священнослужителей Москвы и Московской области, стекаются тысячи паломников. 

 

Ссылка